Ангел с кривыми ногами: 9 фактов о Гарринче — человеке, который превратил футбол в цирк, а жизнь в трагедию

В пантеоне бразильских богов есть два главных идола. Пеле — это Король. Он символ успеха, атлетизма и профессионализма. Он — это Бразилия, которую страна хочет показать миру. Но есть и другой бог. Мане Гарринча. Это — Радость. Он символ души, искренности и порока. Он — это Бразилия, какая она есть на самом деле.

Гарринча был антиподом современного футболиста. Он пил, курил, не соблюдал режим, не знал тактики и имел физические дефекты, с которыми дают инвалидность, а не «Золотой мяч». Но когда он получал мяч на правом фланге, стадион переставал дышать. Он умер в 49 лет, нищим и разрушенным алкоголем. Но его история остается самой пронзительной сказкой мирового спорта.

Редакция Sportliga.com собрала 9 фактов о жизни «Великого Мане».

1. Анатомия невозможного: Он не должен был ходить

Если бы Мануэл Франсиску дус Сантус родился в современной Европе, врачи, вероятно, запретили бы ему заниматься спортом. Он родился с тяжелыми патологиями: деформация позвоночника, смещение таза. Но самое главное — ноги. Его левая нога была короче правой на 6 сантиметров и вывернута внутрь. Правая нога была вывернута наружу. Визуально они напоминали скобки, сдвинутые влево.

Однако этот дефект стал его даром. С точки зрения биомеханики, движения Гарринчи были алогичными. Защитники, привыкшие читать действия соперника по положению корпуса, сходили с ума. Гарринча качался влево, но уходил вправо. Его «кривизна» делала его дриблинг непредсказуемым даже для него самого.

2. «Птичка», которую нельзя поймать

Свое прозвище он получил в детстве от сестры. «Гарринча» — это название маленькой тропической птички (крапивника), обитающей в лесах Пау-Гранде. Эти птицы не умеют красиво летать, но они невероятно юркие, быстрые и их практически невозможно поймать руками. Маленький Мане любил охотиться на них. В итоге он сам стал такой птицей на поле — маленькой, неуклюжей на вид, но абсолютно неуловимой для огромных защитников.

3. Тест на гениальность: Унижение Нилтона Сантоса

В 1953 году 19-летний Гарринча пришел на просмотр в «Ботафого». Он вышел на поле в потрепанной форме, кривоногий и сутулый. Профессионалы смеялись. Тренер решил проучить наглеца и поставил против него Нилтона Сантоса — лучшего левого защитника мира, чемпиона, которого называли «Энциклопедией футбола».

Гарринча не знал, кто это. Получив мяч, он первым же движением прокинул его между ног великому Сантосу. А потом сделал это еще раз. И еще. Сантос падал, терял равновесие и выглядел новичком. После тренировки Нилтон Сантос пошел прямиком к руководству клуба.

«Подпишите этого парня немедленно. Я лучше буду играть с ним в одной команде, чем против него».

4. «Мистер Жоао» и презрение к тактике

Гарринча играл в футбол как ребенок. Ему было плевать на турнирные таблицы, схемы и имена соперников. Для Мане любой защитник, игравший против него на фланге, был «Жоао» (бразильский аналог имени Иван). Ему было все равно, кто перед ним — дворовый парень или капитан сборной СССР. Перед финалом ЧМ-1958 партнеры пытались объяснить ему тактику против шведов. Гарринча слушал, а потом спросил с искренним недоумением:

«А там, на фланге, тоже будет играть Жоао?» Получив утвердительный ответ, он успокоился. Для него футбол был прост: получи мяч, обыграй Жоао, отдай пас или забей.

5. Рождение «Оле!»

Вы знаете этот клич, который звучит на всех стадионах мира, когда команда катает мяч, а соперник не может его отнять? Это наследие Гарринчи. В 1958 году «Ботафого» играл товарищеский матч в Мексике против «Ривер Плейт». Гарринча издевался над защитником Вейро. Он показывал финт, защитник бросался и пролетал мимо. Гарринча останавливался, ждал, пока тот встанет, и снова обыгрывал его на месте. Мексиканская публика, обожающая корриду, начала кричать «Ole!» на каждое движение Гарринчи, как будто он был тореадором, а защитник — быком. С тех пор это стало традицией.

6. ЧМ-1962: Турнир одного Бога

Многие считают, что Пеле выиграл все чемпионаты мира для Бразилии. Это не так. На мундиале 1962 года в Чили Пеле получил тяжелую травму уже во втором матче и выбыл до конца турнира. Бразилия была в шоке. Нация осиротела. Тогда на авансцену вышел Гарринча. Он перестал быть просто «подносчиком снарядов». Он стал вожаком. Мане забил 4 гола (включая два головой, и это при росте 169 см!), разрывал оборону Англии и Чили. Он практически в одиночку принес стране золото. Газета L’Equipe тогда написала: «Гарринча — правый крайний нападения рая».

7. Любовь, которая убивала

Жизнь Гарринчи вне поля была хаосом. У него было 14 детей от разных женщин (официально признанных). Но главной любовью его жизни стала певица Эльза Суарес. Ради этой любви он бросил жену и восьмерых дочерей. Бразилия, которая боготворила его, возненавидела Эльзу. Её называли ведьмой, разрушительницей семьи. Их дом забрасывали тухлыми яйцами, им угрожали. Но они были счастливы вместе, пока демоны Гарринчи не взяли верх. Его ревность и пьянство разрушили и этот брак. Эльза ушла после того, как пьяный Мане ударил её.

8. Cachaça: Главный соперник, которого он не обыграл

Алкоголь был в жизни Гарринчи всегда. Сначала это было «топливом для веселья» — пиво с болельщиками в баре после игры. Он был простым парнем, который угощал всех. Но кашаса (дешевая тростниковая водка) постепенно уничтожала его.

Он водил машину пьяным и попадал в аварии. В одной из них он сбил своего отца. В другой — погибла мать его жены Эльзы.
Он терял форму, набирал вес, пропускал тренировки. Клубы пытались его лечить, запирали в санаториях, но он сбегал через окна в пижаме, чтобы найти выпивку. Он пропил всё: деньги, дома, славу.

9. «Здесь лежит Радость Народа»

Финал жизни великого футболиста был ужасен. 1983 год. Ему 49 лет. Он выглядит на 70. Гарринча умирал в государственной больнице для бедных в Рио. Он был в коме, вызванной циррозом печени и отеком легких. Рядом не было никого — ни женщин, ни друзей-собутыльников, ни футбольных чиновников. Но когда он умер, Бразилия очнулась. Похороны Гарринчи стали национальным трауром. Гроб несли на руках от стадиона «Маракана» до его родного городка. Миллионы людей плакали, провожая своего самого искреннего героя.

На его скромном надгробии выбита эпитафия, от которой сжимается сердце: