Почему марафонская дистанция — это именно 42 км 195 метров
История самого престижного легкоатлетического забега уходит корнями в глубокую древность, в четыреста девяностый год до нашей эры. Согласно популярной исторической легенде, греческий воин по имени Фидиппид без остановки пробежал от местечка Марафон до Афин, чтобы принести весть о великой победе греков над персидской армией. Ворвавшись в город, он успел выкрикнуть фразу: Радуйтесь, мы победили, после чего упал замертво от полного истощения сил.
Когда в конце девятнадцатого века французский филолог Мишель Бреаль предложил включить этот забег в программу первых современных Олимпийских игр тысяча восемьсот девяносто шестого года, идею горячо поддержал барон Пьер де Кубертен. Однако в те времена никто не задумывался о строгих метрах. Расстояние от поля битвы при Марафоне до Афин составляло около сорока километров. Именно эту круглую дистанцию и преодолевали атлеты на первых Олимпиадах. В Афинах бежали сорок километров, в Париже через четыре года — сорок километров и двести шестьдесят метров, а в американском Сент-Луисе — ровно сорок километров девятьсот девяносто метров. Организаторы каждый раз отмеряли трассу на глаз, руководствуясь исключительно местной географией дорог.
ОЛИМПИЙСКИЙ КАПРИЗ БРИТАНСКОЙ КОРОЛЕВСКОЙ СЕМЬИ
Все изменилось в тысяча девятьсот восьмом году, когда летние Олимпийские игры принимал Лондон. Британские организаторы изначально планировали провести забег на стандартную дистанцию в двадцать шесть миль, что равняется сорока одному километру и восьмисот сорока трем метрам. Старт должен был расположиться у стен величественного Виндзорского замка, а финиш — прямо перед королевской ложей на стадионе Уайт-Сити в западной части Лондона.
Однако в дело вмешались капризы погоды и личные пожелания королевской семьи. Принцесса Мария Уэльская выразила желание, чтобы ее дети могли наблюдать за стартом мужественных атлетов непосредственно из окон королевской детской комнаты в Виндзорском замке. Чтобы угодить монархам, стартовую линию перенесли в глубь дворцового парка, на Большую лужайку. Это добавило к дистанции лишние метры.
Но на этом перенос не закончился. На самом стадионе Уайт-Сити организаторы обнаружили, что королевская ложа, где восседал король Эдуард Седьмой, находится чуть в стороне от предполагаемой финишной черты. Бегунам пришлось делать дополнительный круг по дорожке стадиона, чтобы финишировать ровно перед глазами британского монарха. После всех этих спонтанных перестроений длина трассы составила странную и нелогичную цифру: двадцать шесть миль и триста восемьдесят пять ярдов. В метрической системе это равнялось сорока двум километрам и ста девяноста пяти метрам.
ДРАМА АНДО ПЬЕТРИ НА ГЛАЗАХ У КОРОЛЯ
Именно лондонский марафон подарил миру одну из самых драматичных и кинематографичных историй в спорте, которая намертво зафиксировала эти лишние метры в памяти человечества. Итальянский кондитер Дорандо Пьетри уверенно лидировал на протяжении всей трассы. Однако те самые добавленные ради королевской семьи метры на стадионе стали для него непреодолимым испытанием.
Ворвавшись на переполненный стадион Уайт-Сити, изможденный Пьетри полностью потерял ориентацию в пространстве. Он повернул не в ту сторону, споткнулся и упал на газон. Судьи и сочувствующие зрители помогли ему подняться, но итальянец падал еще четыре раза на последних десятках метров. До финишной черты перед королевской ложей оставалось совсем немного, когда двое арбитров, подхватив теряющего сознание бегуна под руки, фактически дотащили его до ленточки.
Пьетри пришел к финишу первым, но американская делегация тут же подала официальный протест из-за посторонней помощи атлету. Итальянца дисквалифицировали, а золото отдали американцу Джонни Хейзу. Весь мир был настолько потрясен мужеством Пьетри и несправедливостью его судьбы, что королева Александра лично вручила итальянцу специальный золотой кубок за отвагу. Драма на лишних метрах лондонской трассы мгновенно сделала именно эту дистанцию легендарной.
ОФИЦИАЛЬНЫЙ ВЕРДИКТ МЕЖДУНАРОДНОЙ ФЕДЕРАЦИИ
После лондонских Игр чехарда с расстояниями продолжалась еще несколько лет. В тысяча девятьсот двенадцатом году в Стокгольме атлеты бежали сорок километров и двести метров, а в бельгийском Антверпене в тысяча девятьсот двадцатом году трассу и вовсе растянули до сорока двух километров семисот пятидесяти метров. Спортсмены начали открыто возмущаться: готовиться к главному забегу жизни в условиях постоянной неопределенности было невозможно.
В мае тысяча девятьсот двадцать первого года Международная ассоциация легкоатлетических федераций приняла решение раз и навсегда положить конец этим спорам и стандартизировать дистанцию. Функционеры провели долгое заседание, выбирая между круглой античной цифрой и лондонским вариантом.
В итоге магия драмы Дорандо Пьетри, огромный медийный успех лондонского забега и коммерческая привлекательность именно этой конфигурации перевесили чашу весов. Международная федерация официально утвердила: отныне и навечно длина любого официального марафона на планете Земля составляет ровно сорок два километра сто девяносто пять метров. С тех пор эта цифра превратилась в незыблемый спортивный эталон, ради покорения которого миллионы людей по всему миру ежедневно выходят на тяжелые тренировки.
СОВРЕМЕННЫЙ КОНТРОЛЬ ТОЧНОСТИ: КАК ИЗМЕРЯЮТ ТРАССУ СЕГОДНЯ
Утвердить точную цифру в правилах было важным шагом, но перед организаторами крупнейших мировых забегов встала новая сложная техническая задача. Как отмерить сорок два километра и сто девяносто пять метров на извилистых городских улицах с абсолютной точностью, исключающей погрешности рельефа, температуры и человеческого фактора?
Обычные автомобильные одометры, лазерные дальномеры или спутниковые навигационные системы Джи-Пи-Эс не подходят для этой цели, так как они дают слишком большую погрешность на длинных дистанциях среди городских небоскребов. Единственным официальным и признанным методом Международной ассоциации легкоатлетических федераций является измерение с помощью велосипеда, оборудованного специальным счетчиком Джонса. Это небольшое механическое устройство, которое крепится на ступицу переднего колеса и скрупулезно подсчитывает каждый его оборот.
Перед началом измерения эксперты калибруют велосипед на эталонном прямом участке дороги длиной не менее полукилометра, который предварительно размечается стальной рулеткой при строгом контроле температуры воздуха. Измеритель едет на велосипеде по кратчайшей траектории, по которой в день старта будут бежать элитные атлеты, буквально притираясь к бордюрам на поворотах. Чтобы гарантировать, что дистанция ни в коем случае не окажется короче положенного, организаторы сознательно добавляют к трассе так называемый фактор короткого курса — ровно один метр на каждый километр пути. Таким образом, реальная длина сертифицированного марафона всегда составляет примерно сорок два километра и двести тридцать семь метров, что гарантирует легитимность любых установленных мировых рекордов.
БИОЛОГИЧЕСКИЙ БАРЬЕР ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОРГАНИЗМА
Дистанция сорок два километра сто девяносто пять метров — это не просто случайные цифры, продиктованные капризами британской монархии. С точки зрения спортивной физиологии и медицины, эта трасса пролегает на самой границе предельных биологических возможностей человеческого организма.
Дело в том, что основным источником быстрой энергии для работающих мышц человека служит гликоген — сложный углевод, который запасается в печени и мышечных тканях. У среднестатистического тренированного атлета запасов гликогена в организме хватает примерно на тридцать два — тридцать пять километров интенсивного бега. Когда этот углеводный ресурс полностью истощается, организм вынужден экстренно перестраиваться на расщепление жиров, что требует гораздо большего потребления кислорода и происходит значительно медленнее.
Именно в этот момент, примерно за семь-восемь километров до финишной черты марафона, бегуны сталкиваются со знаменитой марафонской стеной. Спортсмен внезапно ощущает резкий упадок сил, тяжесть в ногах, как будто они налились свинцом, и сильнейшее психологическое желание прекратить борьбу. Таким образом, последние семь-восемь километров лондонской дистанции — это чистая проверка силы воли, ментальной стойкости и способности человека преодолевать жесточайший кризис энергообеспечения собственного тела.
МАГИЧЕСКИЙ БАРЬЕР ДВУХ ЧАСОВ
На протяжении целого столетия спортивные аналитики и врачи утверждали, что пробежать сорок два километра сто девяносто пять метров быстрее чем за два часа физически невозможно для человека. Этот показатель считался таким же непреодолимым, как и скорость света в физике. Чтобы удерживать такой темп, атлет должен бежать каждый стометровый отрезок быстрее чем за семнадцать секунд на протяжении ста двадцати минут подряд.
Однако двенадцатого октября 2019 года в Вене великий кенийский бегун Элиуд Кипчоге доказал, что человеческие возможности не имеют жестких границ. В рамках специального технологического проекта он преодолел марафонскую дистанцию за один час, пятьдесят девять минут и сорок секунды.
Для достижения этого исторического результата были созданы идеальные тепличные условия: трасса пролегала по абсолютно ровному парку без резких поворотов, Кипчоге сопровождала группа сменяющих друг друга топовых бегунов-пейсмейкеров, защищавших его от ветра, а на асфальт проецировался лазерный луч, задававший идеальный темп. Международная федерация не признала этот результат официальным мировым рекордом из-за использования искусственных условий и отсутствия открытой конкуренции, но Кипчоге навсегда разрушил главный ментальный барьер в истории легкой атлетики, доказав, что лондонские метры могут покориться человеку быстрее чем за два часа.