Буржуазный спорт за железным занавесом: Как Метревели и Морозова открыли теннис для СССР

Теннис в Советском Союзе долгое время был сродни экзотике. Официальная идеология недолюбливала его, считая «буржуазным» и элитарным развлечением. В отличие от хоккея, фигурного катания или тяжелой атлетики, теннис до 1988 года не входил в программу Олимпийских игр, а значит, государство выделяло на него финансирование по остаточному принципу.

Никаких частных кортов, дефицит качественных ракеток и мячей, жесточайший контроль за выездом за рубеж. Советские игроки варились в собственном соку.

Но именно в этих спартанских условиях выросли два человека, которые в одиночку пробили стену изоляции и заставили чопорный западный мир аплодировать советскому теннису. Знакомьтесь: Александр Метревели и Ольга Морозова. Они не стали мировыми суперзвездами с многомиллионными контрактами, но именно они проложили дорогу Кафельникову, Сафину и Шараповой.

Система против таланта: Игра за суточные

Чтобы понять масштаб достижения Морозовой и Метревели, нужно осознать реалии, в которых они существовали.

В профессиональном теннисе 70-х годов уже крутились серьезные деньги. Игроки боролись за призовые, подписывали контракты со спонсорами экипировки. Для советских спортсменов это было табу.

• Финансовый абсурд: Если советский теннисист выигрывал международный турнир, все призовые чеки (доходившие до десятков тысяч долларов) он был обязан сдавать в Госкомспорт. Взамен спортсмены получали фиксированные суточные в валюте — копейки, которых едва хватало на еду и струны для ракеток.

• Изоляция: Выезд на любой заграничный турнир сопровождался унизительными проверками КГБ, оформлением выездных виз и присутствием «сопровождающих» в делегации.

• Инвентарь: Западные игроки играли передовыми ракетками и меняли их как перчатки. Советские спортсмены берегли каждую струну и играли отечественными деревянными ракетками фабрики «Динамо» (пока позже не появились единичные спонсорские исключения).

В таких условиях выход советского игрока в финал турнира Большого шлема казался научной фантастикой.

Александр Метревели: Грузинский маэстро на траве Уимблдона

Александр Метревели был феноменом. Элегантный, пластичный, с идеальным чувством мяча и потрясающей игрой с лета (serve-and-volley).

Его звездный час пробил в 1973 году на Уимблдоне. Тот турнир вошел в историю из-за бойкота: Ассоциация теннисистов-профессионалов (ATP) вступила в конфликт с Международной федерацией тенниса, и 81 ведущий игрок отказался выходить на корты Всеанглийского клуба. Но советские спортсмены не подчинялись ATP, они подчинялись Госкомспорту. Метревели приехал в Лондон играть.

И он сыграл блестяще. Метревели сносил соперников одного за другим и стал первым в истории советским мужчиной, вышедшим в финал турнира Большого шлема в одиночном разряде.

В финале на Центральном корте он встретился с чехом Яном Кодешем. Это была изматывающая битва, где Метревели уступил (1:6, 8:9, 3:6), но навсегда вписал свое имя в элиту. Многие западные критики пытались обесценить его успех из-за бойкота, забывая, что Метревели на тот момент стабильно входил в десятку лучших теннисистов мира и обыгрывал топов в абсолютно равных условиях на других турнирах.

Ольга Морозова: Первая королева советского тенниса

Если Метревели прорубил окно в мужском теннисе, то Ольга Морозова стала настоящим амбассадором СССР в женском туре. Быстрая, агрессивная, с мощнейшим характером — она ломала стереотипы о советских женщинах.

1974 год стал годом Морозовой:

• «Ролан Гаррос»: Морозова сенсационно выходит в финал Открытого чемпионата Франции (на грунте!), где уступает великой американке Крис Эверт. Но на том же турнире они с Эверт объединяются в пару и выигрывают титул. Морозова становится первой в истории СССР победительницей турнира Большого шлема!

• Уимблдон: Спустя месяц Ольга доказывает, что грунт не был случайностью. Она выходит в финал самого престижного травяного турнира мира. И снова на ее пути встает непробиваемая Крис Эверт. Морозова берет серебро, став любимицей лондонской публики.

Морозова не просто играла в теннис. Она дружила с западными звездами (той же Крис Эверт и Билли Джин Кинг), свободно общалась с прессой и доказывала, что по ту сторону железного занавеса живут такие же люди, страстно влюбленные в спорт.

Фундамент для будущих побед

Метревели и Морозова не заработали миллионов. Они не стали глобальными поп-иконами, как Бьорн Борг или Джимми Коннорс. Государство забирало их деньги, но не могло забрать их талант.

Они доказали советским чиновникам, что теннис — это престижно. Именно их успехи заложили тот фундамент, на котором спустя два десятилетия, уже в постсоветской России при Борисе Ельцине, вырастет поколение теннисистов-чемпионов. Без элегантных выходов к сетке Метревели и упертости Морозовой мир, возможно, никогда бы не узнал имен Евгения Кафельникова, Марата Сафина или Елены Дементьевой.

Чтобы не пропускать острые темы и эксклюзивы, подписывайтесь на наши ресурсы