Клод Макелеле - о своей карьере, работе в новой роли и перспективах.

Он завоевал высшие футбольные награды и титулы в Нанте, Реал Мадриде и Челси, поднял трофей Лиги чемпионов и сыграл на четырех крупных международных турнирах с Францией, но самая большая награда Клода Макелеле более долговечна, чем все эти достижения. Спустя более 17 лет после того, как он сменил «Бернабеу» на «Стэмфорд Бридж» и усовершенствовал искусство полного уничтожения полузащиты соперника, Макелеле по-прежнему может похвастаться наличием позиции на поле, названной в его честь: универсальный ориентир в мире футбола для игроков, чьё призвание - рубить атаки соперника на корню. Однако не француз был тем, кто возвестил миру о своей ценности. Сокомандники регулярно указывали именно в его сторону, когда их просили рассказать о своих незаменимых товарищах по команде. Крылатой стала фраза, которую Зинедин Зидан произнёс на новость, что Реал Мадрид приобрёл Дэвида Бекхэма в 2003 году в связи с уходом Макелеле тем же летом. Его слова были: «Зачем наносить еще один слой золотой краски на Бентли, когда вы теряете весь двигатель?» В наши дни 47-летний Макелеле все еще помогает другим, но уже в должности технического наставника для игроков академии «Челси». Он занимал несколько тренерских ролей по Европе с тех пор, как повесил бутсы на гвоздь в 2011 году. «Всю свою жизнь я был в футболе, поэтому хочу поделиться своим опытом со следующим поколением игроков», - говорит Макелеле в интервью для "4-4-2" за чашкой кофе в Кобхэме, недалеко от тренировочной базы «Челси». Все это очень далеко от Киншасы, где он когда-то надеялся пойти по стопам своего футбольного отца. Сейчас можно утверждать, что работа была выполнена на славу...

Какими игроками вы восхищались больше всего в детстве? Вы что-нибудь у них переняли для своей игры?

Не то чтобы я трепетал перед отдельными игроками, но когда я начал играть с друзьями на французских улицах, я увидел Пеле. Наверное, в то время он был ориентиром для всех. Мой отец тоже был игроком: он играл за сборную Заира (ныне Демократическая Республика Конго) и за несколько бельгийских команд, но я так и не увидел, как он играет вживую. Он бежал от режима Мобуту [Сесе Секо] в Заире и оказался беженцем в Бельгии, где несколько лет играл во втором дивизионе. Затем он перестал играть и отправился во Францию, где остался заниматься другой работой. Это был момент, когда я переехал с семьей из Киншасы в пригород Парижа - мне было около пяти лет. Хотя он сам играл в футбол на профессиональном уровне, мой отец не очень хотел, чтобы я стал футболистом, когда я рос. Он точно знал, на какие жертвы я должен был пойти, и не хотел, чтобы я через это проходил. Но я "дожал" его, так как отчаянно хотел играть, и в конце концов у него не осталось выбора, кроме как отпустить меня в мир футбола. Когда я начал приближаться к тому, чтобы стать профессионалом, он дал мне решающее понимание того, что на самом деле означает быть футболистом. Я ушел из семейного дома, когда мне было 16 лет, чтобы играть в Брестской академии. Я часто тренировался там с игроками первой команды, поэтому смог развиваться среди более старших игроков. Тем не менее, я часто разговаривал по телефону с отцом, так как возвращался домой только на каникулы. В целом я провел там около полутора лет; к сожалению, клуб обанкротился, и я был свободен в выборе своего дальнейшего развития карьеры.

Проведя годы становления как футболиста на севере Франции, как вы оказались в Нанте?

Несколько профессиональных команд хотели подписать меня после того, как я уехал из Бреста. Такие клубы, как Монако, Монпелье и Осер, были заинтересованы, но мой отец посоветовал мне присоединиться к Нанту, потому что у них была одна из лучших академий в Европе. Он пошел посмотреть на объекты инфраструктуры и почувствовал, что они предлагают наилучшие возможности для развития. «Нант» имел хорошую репутацию, когда дело касалось технической стороны игры, например, их философия игры в одно и два касания, вдохновленной бывшим менеджером Хосе Аррибасом в 1960-х и 1970-х годах. Было много людей, связанных с другими командами, которые подталкивали моего отца и даже предлагали ему много денег, чтобы обеспечить мою подпись под контрактом. Но он всегда ориентировался на постепенный путь, на котором мое развитие было бы важным и где я получал бы от футбола больше всего удовольствия. Я не собирался зарабатывать кучу денег или становиться знаменитостью. Я просто мечтал стать профессиональным игроком. Моя адаптация была довольно быстрой, и мне казалось, что я прожил в Нанте много лет. Это удивило людей, так как внезапно я встал в ряд с такими качественными и уже зрелыми игроками, как Хорхе Бурручага, Кристиан Карембе и Джафет Н'Дорам.

Насколько хороша была та Нантская команда? Вы выиграли чемпионский титул в 1994-95 годах, а в следующем сезоне дошли до полуфинала Лиги чемпионов...

У нас была очень хорошая команда, и мы играли в хороший, зрелый и, главное, привлекательный футбол. Мы заслужили победу в чемпионате. Менеджер Жан-Клод Зодо был ключом к нашему успеху в том сезоне. Он забрал многих игроков из академии - на игроков со стороны попросту не было денег. Это также было проблемой для Нанта, потому что они не могли удержать всех своих лучших игроков и были вынуждены продать некоторых. Им нужны были деньги. Но мое развитие шло хорошо, и я там развивался как игрок. Я играл дальше впереди, ближе к атаке, когда был молод, и незадолго до моего 17-го дня рождения я начал играть позади нападающего - примерно как мой отец, который был плеймейкером. Я играл нападающим, когда впервые пробивался за команду «Нант», хотя иногда я также попадал в центр полузащиты.

Как вы оказались в Марселе в 1997 году - и всего на год, а потом переехали в Испанию?

«Нант» начал продавать своих лучших игроков, таких как Карембе, Патрис Локо, Николас Уедек и Рейнальд Педрос. Я чувствовал, что больше не продвигаюсь вперёд в футбольном плане, но менеджер не хотел меня отпускать. Примерно в это же время меня заменил менеджер «Реала» Виктор Фернандес, который выиграл финал Кубка европейских чемпионов у «Арсенала» [в 1995 году]. Но в тот момент я не хотел туда ехать; моей мечтой было переехать в Италию, лучший чемпионат в Европе того времени. Этого не произошло, поэтому, когда позвонил Марсель, мне разрешили оформить трансфер туда. Я подписал контракт на четыре года, но все пошло не так, потому что тренер [Роллан Курбис] заставил меня играть на правом фланге, помимо игры на других позициях. Меня это не радовало, потому что это был не мой футбол. Мне это не понравилось, и я не попал во французскую сборную на чемпионат мира 1998 года. В конце сезона я сказал, что хочу уйти. Мне пришлось настаивать на этом, но я получил свой переход - в Сельту Виго в Испании, где всё тот же Фернандес стал менеджером.

Каково было играть в этой команде «Сельта Виго», которая показала несколько потрясающих результатов против более именитых и богатых клубов?

На самом деле мне очень понравилось в «Сельте» - у нас была очень сильная команда. Говорю вам, мы играли в лучший футбол в Испании. Мы столько раз обыграли «Реал Мадрид» - даже помню 5:1 в одной из игр. У нас было несколько отличных вечеров в Кубке УЕФА, мы обыгрывали такие команды, как «Ливерпуль», «Астон Вилла», «Бенфика» и «Ювентус». Я забил в двух из этих игр, включая гол на первой минуте в ворота «Юве», когда мы просто уничтожили их со счетом 4:0. Я тогда играл как центральный полузащитник, так как у нас уже были действительно хорошие атакующие игроки, и мне начала нравиться моя новая позиция. Я понял, что буду участвовать в игре еще больше, и с этой позиции вы можете управлять командой - вы всегда будете в центре внимания. Я играл с Мазиньо, который выиграл чемпионат мира с Бразилией [в 1994 году]. Я многому научился и часто оставался на поле после тренировки, чтобы практиковаться с ним. Он научил меня, как именно позиционировать себя как полузащитник, и заставлял меня совершенствоваться с каждым днем. Во время матчей мы переключались между защитой и атакой в ​​центре поля, хотя я обычно больше атаковал, так как был намного моложе! [Смеется] Мне все время приходилось бегать вперёд и назад по полю.

Как произошел ваш переход в «Реал Мадрид» в 2000 году? Позже ваш агент сообщил, что для этого он сфальсифицировал отчет полиции, в котором утверждалось, что фанаты Сельты напали на вашу машину - это правда?!

Говорят, что это сделало его книгу более интересной - в книге всегда нужна изюминка. [Смеется] Все произошло иначе. После моего первого сезона в «Сельте» меня хотели переманить к себе много разных клубов, но президент [Орасио Гомес Араухо] не хотел продавать меня. После второго сезона было то же самое. В конце концов я согласился подписать контракт с Валенсией и был полон решимости поехать туда, но Араухо все еще не хотел меня продавать. Мне пришлось настаивать на этом снова. В конце концов, мой отец прибыл на переговоры, и он указал, что есть несколько команд, заинтересованных во мне, которые могут заплатить Сельте большие деньги. Однако разговор принял неожиданный поворот, когда Араухо сказал, что хочет, чтобы я перешел в «Реал Мадрид». Мой отец такой: «Почему ты не сказал нам раньше? "Мадрид" - лучшая команда в мире!» Однако мне нужно было подождать, так как в то время в стане королевского клуба проводились президентские выборы между Флорентино Пересом и Лоренцо Сансом. Я объяснил президенту Валенсии, что «Сельта» продала меня «Реалу», и он понял. Тем временем я поговорил с Сансом, и мы пришли к соглашению. Затем Санс проиграл выборы, но менеджер Висенте дель Боске сказал Пересу, что он тоже хочет видеть меня в составе. Итак, наконец-то я переехал в Мадрид.

Как складывалась Ваша жизнь в стане «Галактикос» на Бернабеу?

В тот момент, когда вы присоединяетесь к новому клубу, вы понимаете, что находитесь в совершенно ином для вас месте. Они дают вам большие книги об их истории. Когда смотришь на них, сразу понимаешь, что все дело в трофеях. Это что-то, что закодировано в ДНК клуба. Когда вы играете не очень хорошо, вам трудно, потому что вы находитесь под постоянным пристальным вниманием прессы. Они проводят всевозможные сравнения и приходят к таким выводам: «Этот игрок не для «Мадрида». Так бывает каждый день. Вы действительно не живете в свободе; вы становитесь собственностью Реала Мадрида и его болельщиков. Во время предсезонных туров, например, в Таиланде, волнение распространялось, как лесной пожар, везде, где мы путешествовали: это было как в Диснейленде. [Смеется] В Мадриде я узнал, что не могу ходить в определенные места или делать покупки - это было практически невозможно. Каждый раз, когда вы выходили ночью из дома, всегда была возможность наткнуться на папарацци. Это другая жизнь. Команда называлась "Эль Галактикос", но это было всего лишь название. Однако игра за «Реал Мадрид» была для вас величайшим ориентиром в футболе. Когда вы играли хорошо, фанаты поднимали вас в небеса. Но могло быть и наоборот.

Ощущали ли вы большое давление на поле в клубе с таким количеством звезд?

Сначала я столкнулся с большим давлением. Я играл на позиции Фернандо Редондо, и он был как бог для болельщиков «Реала» - тем летом он покинул клуб против своей воли. В первый месяц моего пребывания там весь стадион освистал, когда я касался мяча. Было очень трудно пережить это. Мой отец подчеркивал, что необходимо продолжать играть в свою игру, независимо от того, что происходит вокруг меня. Он сказал: «Чем больше ты играешь, тем больше фанаты адаптируются к тебе. Как только команда выиграет, они все забудут». Так и случилось. Позже они полюбили меня, так как я делал свою работу, и у нас был некоторый успех. В мой первый сезон мы выиграли чемпионат, чего они не делали несколько лет, а в моем втором сезоне мы выиграли Лигу чемпионов.

Каково это было быть клеем, по истине скрепляющим эту команду? Насколько вы действительно чувствовали себя ценным, когда товарищам по команде платили намного больше?

Я искренне чувствовал признание и признательность со стороны товарищей по команде и моего тренера [Винсента Дель Боске]. Хороший тренер видит вашу ценность для команды; он знал мою позицию и то, что я был ключом к балансу. В Мадриде я начал сосредотачиваться на роли оборонительного полузащитника, так как мне редко нужно было выходить в атаку, когда мы имели одних из лучших в мире атакующих игроков на поле. Я знал, что мы можем забить множество голов с такими игроками, как Роналду, Зинедин Зидан, Рауль и Луиш Фигу, так зачем мне вообще выходить на поле? [Смеется] Моя обязанность заключалась в том, чтобы облегчить им задачу. Вначале я даже иногда играл в защите вместе с Фернандо Йерро, с которым у меня сложились очень хорошие отношения. Однако после этого моя игра была сосредоточена на второй линии перед защитой. Были истории о разнице в оплате труда между мной и некоторыми другими парнями, но я никогда не сравнивал себя ни с кем. Я не был этим озабочен. Я никогда не настаивал на переговорах: «Я хочу это, потому что он это получает». Я все время концентрировался на себе.

Роналду был хорош, не так ли?

Он мог видеть вещи на поле раньше всех. Зидан был таким же: действовали там, где другим игрокам нужно больше времени. Вы чувствуете свободу действий, играя с таким талантом. Мы хорошо сыгрались с моими новыми партнёрами, так как я уже играл как на позиции нападающего, так и на позиции вингера - если бы не было возможности пасовать, я мог бы вести мяч дальше от ворот. Я не просто выполнял защитную работу. У нас были выдающиеся игроки, а также отличный менеджер Винсент Дель Боске. Он все изменил. На поле было 11 игроков, но также 11 на скамейке запасных - все звезды, важные игроки своих сборных. Дель Боске хорошо справлялся со всеми, так как игроки точно знали, почему они участвовали или не участвовали в матчах. Он мало говорил, но когда он говорил, мы слушали.

Что произошло летом 2003 года, когда вы покинули «Реал Мадрид»?

После третьего года моей работы совет директоров сказал мне, что они очень довольны моими выступлениями, и упомянул, что вознаградит меня, немного повысив мою зарплату в начале нового сезона. Я был этому рад. Я был в лучшей команде в мире, так зачем мне куда-то ехать? Потом мы купили Дэвида Бекхэма, и когда мы вернулись из заграничного турне, мне сказали, что увеличение зарплаты больше невозможно - я мог только подписать продление контракта на тех же условиях. Когда я напомнил им об их предыдущем предложении, мне сказали, что я должен быть счастлив играть за «Реал» и что я, так сказать, должен быть счастлив играть даром. Я чувствовал себя обманутым и решился на уход из команды.

Сначала мне не поступали предложения, потому что ни один клуб не верил, что я могу покинуть «Реал». Но когда я начал немного больше рассказывать о случившемся, и ситуация прояснилась, сразу же появилось много команд. Я рассказал директорам Мадрида о заинтересованности со стороны некоторых клубов, но они заявили, что не получали ни одного предложения по мне. Они, наверное, думали, что я приму ситуацию и не буду разговаривать ни с какими другими клубами. Однако когда они поняли, что проблема очень серьезна, они захотели отреагировать, но было уже слишком поздно. Они даже вернулись ко мне и предложили ту же зарплату, которую получали некоторые из звездных игроков в команде. Но тогда я уже твёрдо решил уйти.

Что убедило вас присоединиться к тогдашнему «Челси», клубу в переходной стадии, который еще не выигрывал Премьер-лигу?

Я поехал в «Челси», потому что они пришли первыми с серьёзными намерениями. После этого ко мне обратились еще несколько команд, в том числе «Манчестер Юнайтед» и «Интер», которые пытались подписать меня до того, как я перешел в «Реал». Из-за того, что происходило в Мадриде, я сказал «Челси»: «Если я уйду, я приду к вам». Я дал им обещание. Они пошли на все, чтобы подписать меня, поскольку мне было тогда 30, но они все равно заплатили значительную сумму за мой переход [16,8 миллионов фунтов стерлингов].

Какими для Вас были первые несколько лет правления Романа Абрамовича в «Челси»? Что изменилось в клубе?

Изменилось то, что Абрамович привлек в клуб игроков мирового уровня. Это то, что у босса очень хорошо получалось, потому что до этого такие игроки переходили бы в Манчестер Юнайтед или Арсенал. Сначала я играл под руководством Клаудио Раньери, до того как его сменил год спустя Жозе Моуринью. У меня были хорошие отношения с обоими тренерами - у меня всегда были хорошие отношения с моими менеджерами на протяжении всей моей карьеры, кстати говоря.

Считаете ли вы, что «Челси» 2004-08 гг. следует считать лучшей командой, никогда не выигравшей Лигу чемпионов? Это одно из самых больших сожалений в вашей карьере?

Это не мое самое большое сожаление, потому что я уже выигрывал Лигу чемпионов с «Реалом». Я не знаю, была ли эта команда «Челси» лучшей командой, никогда не выигравшей "ушастого", но мы блестяще выступили в том соревновании. За пять сезонов, которые я провел в «Челси», мы четыре раза выходили в полуфинал, включая один финал в 2008 году. Не многим клубам это удается, и многие из них тратят миллиарды, пытаясь выиграть Лигу чемпионов. «Челси» очень быстро создал эту команду, и, помимо того, что мы очень близко подошли к Лиге чемпионов, мы выиграли все внутренние награды за несколько лет. Обычно команде нужно время, чтобы сформировать такой дух, как был у нас. Я помню, как мы играли в карты, когда вместе готовились к играм, просто чтобы расслабиться и посмеяться. Это создавало хорошую атмосферу в команде. Ни один клуб в мире не хотел играть с нами в тот период.

Какие мысли вам пришли в голову, когда Жозе Моуринью внезапно выскочил из корзины для белья перед игрой с мюнхенской Баварией в 2005 году? Вы знали, что он там был?!

Когда я зашёл в раздевалку, он уже был там - корзины для белья я не заметил. [Смеется] Когда я его увидел, я был очень удивлен, типа: «Что происходит, он же не должен быть здесь?!» Как он это сделал, никто из игроков даже не заметил. Он был там только перед началом матча, чтобы дать нам несколько советов и подобных мелочей. Когда мы вернулись в перерыве, его уже не было.

Несмотря на то, что вы не участвовали в Чемпионате  Англии 2007-08 гг., вы играли в каждом матче Лиги чемпионов. Каково это - пройти весь путь до финальной игры в Москве, а потом проиграть?

Очевидно, это было большим разочарованием. Когда вы подходите так близко, аппетит огромен, особенно потому, что я хотел выиграть Лигу чемпионов, чтобы передать этот трофей лично боссу [Абрамовичу]. Он нам многое дал, поэтому вы хотели что-то ему вернуть. Обидно было проиграть по пенальти. Я не был в списке лучших пенальтистов, поэтому и не пошёл бить с точки. Я лучше играл на поле - пенальти не было моим делом! ["4-4-2": Почему вы покинули «Челси» после поражения в том финале?] Я хотел вернуться во Францию, чтобы быть ближе к своей семье. Я жил вдали от дома на протяжении всей своей карьеры. Когда появилась возможность присоединиться к «Пари Сен-Жермен», Абрамович помог мне уйти, оставив о себе только хорошее впечатление, и отпустил меня бесплатно, потому что я все еще был на постоянной основе в «Челси».

Что вы чувствуете, когда слышите о «роли Макелеле»? Кто это придумал? Это признание много значит для вас?

Думаю, это изначально начали говорить репортеры и телекомментаторы. Это случилось, когда я играл за «Челси» в последние годы моей карьеры за них. Конечно, это большая честь, ведь каждый игрок хотел бы что-то оставить в игре. Я оценил это - это заставило меня поверить, что я сделал что-то хорошее и важное для всего футбола.

Дважды в своей карьере вы решили закончить с футболом на международной арене, но потом снова начинали играть за Францию. Что именно произошло?

У французской команды были некоторые проблемы, и она могла не пройти квалификацию на чемпионат мира 2006 года. Меня снова вызвал тренер [Раймонд Доменек] вместе с Зиданом и Лилианом Тюрамом, поскольку мы все еще играли на высоком уровне в своих клубах. Но на самом деле это был не звонок; больше обязательство - потому что я не хотел возвращаться. У меня была договоренность с «Челси», что я сосредоточусь исключительно на них, но когда был объявлен состав Франции, мне пришлось вернуться. Когда мы вернулись, осталось несколько матчей, в том числе важная игра в Ирландии. Нам удалось выиграть со счетом 1:0 благодаря голу Тьерри Анри, и в итоге мы возглавили нашу квалификационную группу. После чемпионата мира, на котором мы вышли в финал, я решил снова уйти из сборной, но потом меня попросили помочь Франции пройти квалификацию на Евро-2008. Я согласился остаться, и мы прошли квалификацию на этот Евро, хотя и проиграли в двух "финалах" на групповой стадии - сборным Голландии и Италии. Потом я закончил международную карьеру навсегда.

Как вы можете описать свою игру в последнем для вас клубе - «Пари Сен-Жермен»? Вы присоединились к клубу перед его полной реорганизацией, когда в предыдущем сезоне они чуть не вылетели из лиги. Как скоро все изменилось?

У меня остались очень теплые воспоминания о пребывании в Париже. Нам удалось бросить вызов топ-командам и вместо того, чтобы бороться за то, чтобы избежать падения в Лигу 2, мы начали квалификацию в Лигу Европы. В клубе было больше стабильности. Я играл там три года, и за это время «ПСЖ» совершил ряд выдающихся подписаний, таких как Людовик Жули из «Ромы» и Грегори Купе из «Атлетико Мадрид». Я пытался помочь некоторым молодым игрокам в команде, таким как Мамаду Сако, развиваться, давая им уверенность в том, что они могут стать великими игроками, у которых будет шанс присоединиться к большим клубам в будущем. После того, как в 2011 году я закончил карьеру игрока, я захотел остаться в футболе. Трудно оставить это позади, и я хотел передать свой опыт далее - все знания и положительные эмоции, которые я приобрёл за свою карьеру. Когда я закончил играть, я остался в ПСЖ и работал вместе с футбольным директором Леонардо. Но я не парень для офиса, и через несколько месяцев Леонардо предложил мне поддержать нового тренера Карло Анчелотти в качестве его ассистента - я знал лигу, игроков и язык. Для меня это было еще и хорошей идеей для дальнейшего развития, потому что я мог получить полезный тренерский опыт. Я ассистировал Карло Анчелотти и Лорану Блану в течение нескольких сезонов, прежде чем в конце концов решил сам стать главным тренером.

Как вы оцениваете своё выступление в роли главного тренера на сегодняшний день? У вас было боевое крещение в Бастии в 2014 году - что там пошло не так?

Когда я приехал, у нас была очень маленькая команда и крайне мало деньги, которые мы могли бы инвестировать в игроков. Поэтому нам пришлось разыскать несколько игроков в статусе свободных агентов, и мне удалось убедить немалую их часть присоединиться к клубу. Я начал создавать команду, но на это нужно время. Однако, когда вы не получаете результатов, клуб не может ждать - это их бизнес, но ваши проблемы. Неважно, какая карьера игрока у вас была. Это правильно, и я согласен с такими правилами. Я помню, как разговаривал с Анчелотти, и он сказал мне, что, когда он начинал как менеджер, для него тоже было сложно - ему нужно было учиться по-своему. Важно не сдаваться. После ухода из Бастии я взял на себя роль технического наблюдателя в УЕФА на Евро-2016. В тот же период я ​​также выступал в качестве спортивного директора в Монако, где одним из моих действий было убедить Килиана Мбаппе остаться в системе монегасков.

Что вам нравится в тренерской деятельности и какие менеджеры вас по-настоящему вдохновили?

Мне нравится быть тренером, потому что многие игроки никогда не верят в свой тренерский потенциал. Я считаю, что это действительно важно. Вот что мне нравится: развивать и совершенствовать талантливых игроков. Я чувствую с ними хорошую связь, потому что я прямолинеен - я говорю им правду и объясняю, что они делают верно, а что им надо исправить или улучшить. Это то, что мне нравилось в Жозе Моуринью. Он победитель, и он говорит вам правду - вы можете поговорить с ним, и он скажет вам, что правильно, а что нет. Это очень важно. Конечно, сама игра зависит от ваших игроков, но ответственность за результат, за то, будут ваши игроки сильнее других или нет, лежит только на тренере. Иногда нужно быть осторожным в том, как что-либо говорить. Вы должны почувствовать момент и попытаться встать с ними на один уровень.

Что побудило вас вернуться в "Челси" в 2019 году и какова ваша роль в клубе в наши дни?

Было приятно вернуться на «Стэмфорд Бридж» с другими бывшими товарищами по команде, такими как Фрэнк Лэмпард и Петр Чех. Я работаю техническим наставником для академии и арендованных игроков, что мне очень интересно, поскольку я работаю с множеством разных отделов. Вы говорите с игроками об их выступлениях на поле и об их личном развитии за пределами поля.

Эта должность дала мне некоторый новый опыт, который хорошо дополняет последние несколько лет, когда я затронул множество различных дисциплин, например, роль руководителя разных футбольных проектов. Это дало мне лучшее понимание всей политики в футболе, чего вы не понимаете, когда сами играете. Когда вы заканчиваете карьеру, футбол становится совсем другим. Этот опыт также делает меня более всесторонним тренером. Я все еще сосредоточен на этой стороне вещей, потому что мне нравится эта работа, но мне нужно время, чтобы дождаться хорошего проекта. Сейчас я хорошо развиваюсь в своей роли в «Челси», и это приносит мне удовлетворение.