Эскобар и его футбольный суперклуб

Он родился в 49-м году – третий ребенок в семье фермера и школьной учительницы (всего их будет семь). Его первой обувью, по словам сестры, стали футбольные бутсы, но уже с молодости парень зарабатывал деньги иначе – убийствами, ограблениями, вымогательствами. Потом 28-летний уроженец Медельина с тремя соратниками создал Медельинский картель, который через два года сделал его одним из самых богатых людей мира. В какой-то момент выручка от продажи кокаина достигла 220 млн долларов в неделю наличными, и иногда ценные бумажки приходилось сжигать – настолько их было много. А их владелец стал популярнейшей фигурой в массовой культуре и самым узнаваемым преступником второй половины XX века.

Он – Пабло Эскобар, и он очень любил футбол.

Строительство полей, приход картелей в колумбийский футбол

Колумбийский наркобарон был далек от профессионального уровня, но погонять мяч любил. Любимая позиция – левый фланг, с которого правша Эскобар легко врывался в штрафную. Он частенько играл против профессиональных футболистов, а также легко заводил знакомства с будущими звездами: Чонто Эррера, Алексис Гарсия, Чичо Серна, Леонель Альварес, Рене Игита и Пачо Матурана – все эти культовые для колумбийского футбола имена начинали на полях, которые Пабло в родном городе открывал десятками.

«В трущобах проводились чемпионаты. Целые районы забывали о бедах. Я жил бедно, но на поле мы были важны и жили в идеальном мире», – вспоминал потом Эррера, который сыграл более 60 игр за сборную. Ему вторил и Альварес: «Все говорили о том, на чьи деньги построено поле, и его критиковали за то, что он наркоторговец. Но мы чувствовали себя счастливыми, потому что нам давали поля для игры».

Футбол был не только страстью Эскобара, но и удобным инструментом для легализации преступных денег. Отсюда и появилась программа «Медельин без трущоб», в рамках который открывались футбольные поля, а также отстраивались целые кварталы. За это Эскобара немало людей до сих пор считает чуть ли не святым, несмотря на род занятий. Пабло даже задумался о карьере политика и в 1982-м попал в Конгресс. Но покорение политического Олимпа прервал министр юстиции Родриго Лара Бонилья, развернувший масштабную кампанию против грязных денег Эскобара во власти. Пабло исключили из конгресса в начале 1984-го, через пару месяцев лимузин Бонильи расстреляли два боевика в северной части столицы Колумбии Боготы.

Эскобар переключился с политики на футбол. Колумбийские клубы уже вовсю становились наркозависимыми. Партнер Эскобара Хосе Гача («Мексиканец») вливал деньги в «Мильонариос» (Богота). А давний враг Эскобара Гильберто Орехуэла вложился в «Америку» из Кали. Уделать конкурента для Пабло стало делом принципа.

Любимым клубом Эскобара был «Индепендьенте Медельин». Сын Пабло Себастьян Маррокин даже раскритиковал сценаристов сериала Narcos за то, что его отец на экране несколько раз появлялся в форме другого местного клуба – «Атлетико Насьональ»: «Если вы не знаете, за какой клуб болел мой отец, то как вашу историю можно воспринимать всерьез».

Любовь к «Индепендьенте» подтверждал и правая рука Эскобара Джон Хайро Веласкес по прозвищу Попай, но наркобарон все же вложился именно в «Атлетико». Правда, денежные вливания не приводили к приходу сильных иностранных футболистов, о чем мечтал Эскобар – репутация теневого владельца оказывалась сильнее баснословных зарплат и финансовых преференций.

Тогда «Насьональ» сменил вектор развития, сосредоточившись на привлечении молодых талантов со всей страны. В середине 80-х в команде появились будущие легенды сборной – вратарь Рене Игита, защитник Луис Переа, нападающий Леонель Альварес. Руководить пионеротрядом назначили малоопытного 38-летнего Франсиско Матурана. И ставка сработала.

Кубок Либертадорес-89: запуганные уругвайцы, пенальти в финале, грузовик как подарок

Хотя сначала конкуренты из Кали подмяли под себя колумбийский футбол, трижды подряд с 1985-го по 1987-й выйдя в финал Кубка Либертадорес (правда, трижды там и проиграв). Южноамериканский аналог Лиги чемпионов являлся заветной мечтой всех наркоклубов – до расцвета на деньгах картелей клубы из Колумбии никогда не брали престижный трофей.

Приход большого капитала спровоцировал резкий рост уровня всего чемпионата страны, куда начали приезжать и легионеры. «Появление наркоденег в футболе позволило нам привлечь многих великих иностранных игроков, – вспоминал Матурана – Это также удержало лучших игроков от перехода в другие клубы. Наш уровень игры взлетел. Люди увидели нашу ситуацию и говорили, что это дело рук Пабло. Но они не могли ничего доказать».

Франсиско Матурана, 2001 год

После доминирования «Америки» пошел на взлет и футбольный проект Эскобара. В 1988 году «Атлетико Насьональ» наконец вышел в Кубок Либертадорес со второго места в чемпионате, лишь по дополнительным показателям уступив золото «Мильонариосу». В следующем году триумфальное шествие «зеленых» (прозвище «Атлетико») продолжилось уже по всей Южной Америке. Правда, до сих пор непонятно, чего в том успехе оказалось больше – сплава талантливых игроков и тренера или же влияния Эскобара на результаты.

Если странное судейство в четвертьфинале КЛ можно было списать на случайность, хотя игроки «Мильонариос» уверяли, что арбитры были куплены, то ответный матч полуфинала сомнений во вмешательстве наркобарона уже не оставил.

Первый матч с уругвайским «Данубио» закончился нулевой ничьей, ответная игра планировалась в Медельине, а судить назначили аргентинского арбитра Карлоса Эспозито, который навсегда запомнил тот выезд.

Арбитр поужинал вместе с помощниками Абелем Ньекко и Хуаном Бавой, после чего пошел спать. Перед сном он заказал воды – накануне бригаду предупредили, что пить из крана нежелательно. Но вместо девушки, которая должна была принести бутылку воды, в номер ворвались четыре человека с оружием. Перед судьями поставили сумку с 200 тысячами долларов и сказали, что это подарок, если «Атлетико» победит. Головорезы приставили пистолет к голове Ньекко, лицо Бавы было лишь в нескольких сантиметрах от дула.

«Было очень страшно, но мы отказались, сказав, что собираемся выполнить свою работу честно. Они ответили: «Хорошо, но лучше, чтобы победил «Атлетико». Ваша жизнь здесь ничего не стоит». Они разгромили комнату, и мы остались даже без телефона. Мы так и не смогли заснуть. За полгода до этого случая я бросил курить, но в ту ночь снова закурил.

Стадион был заполнен под завязку, и Эскобар был там, на трибуне, переодетый, среди людей. Мы его не видели, но знали, что он там. Нам это сказал начальник полиции, который нас охранял, а через десять дней его самого изрешетили пулями. Если хотите, то скажу, что нам повезло с крупной победой «Атлетико», не спрашивайте, как им это удалось. Но и успех хозяев не давал никаких гарантий. Еще до матча начальник полиции сказал, что у нас не получится покинуть поле из-за празднования. И он оказался прав. Той ночью 11 человек погибло во время гуляний. На улицах ходили существа под наркотиками. Медельин – ужасный город», – рассказывал Эспозито уже спустя десятилетия.

Игра закончилась со счетом 6:0 в пользу хозяев, по свидетельствам очевидцем судейство было нормальным, а вот игроки «Данубио» боялись лишний раз касаться мяча. В том, что матч сдали, никто не признался до сих пор.

В финале «Насьональ» попал на парагвайскую «Олимпию». Запугивания арбитров людьми Эскобара перед первым матчем не помогли – парагвайцы выиграли со счетом 2:0. Ответка прошла в Боготе (стадион в Медельине не подошел по размерам) и превратилась в триллер – «Атлетико» отыграл два мяча и перевел матч в серию пенальти, которая растянулась на 18 ударов. Героями стали вратарь Рене Игита – гол и четыре отраженных удара – и Леонель Альварес.

«Я говорил им: замирайте на месте, потому что их голкипер прыгает слишком рано. Но никто не услышал, кроме Леонеля», – говорил тренер Матурана. Альварес забил и подарил стране первый Кубок Либертадорес.

«Пабло прыгал и кричал при каждом голе, – вспоминал серию Попай – Я никогда не видел его таким радостным. Обычно это глыба льда». После финального матча герои приехали на ранчо Эскобара для грандиозной вечеринки. «Они пришли за бонусами; Пабло даже разыграл в лотерею грузовик. Для Пабло футболисты были не товаром, а друзьями. Дело не только в деньгах. Он хотел, чтобы они были счастливы», – рассказал Хайме Гавирия, брат Эскобара.

Убийство лайнсмена и игра с Марадоной в собственной VIP-тюрьме

Достижение главной цели не сделало Эскобара менее азартным. В конце матча чемпионата против «Америки» из Кали лайнсмен Альваро Ортега отменил гол любимого Пабло «Индепендьенте», который сравнял счет. Эль Патрон посчитал это оскорблением, и уже вечером Ортегу расстреляли из проезжавшего мимо грузовика.

«Когда я возвращался домой после матча, я услышал, что судья убит. Мы были в шоке. Мы знали, что здесь замешаны владельцы; что они темные лошадки. Но футболисты мало что знают», – отметил футболист «Индепендьенте» Оскар Пареха.

После убийства Ортеги власти остановили турнир, который так и не был доигран.

В 1991 году впервые за 10 лет «Атлетико» стал чемпионом Колумбии. Но Эскобару было уже не до управления клубом – его прессовал новый президент страны Сесар Гавирия. Промежуточным итогом стала сделка: Эскобар признал вину в нескольких незначительных преступлениях, взамен ему простили остальные и посадили в тюрьму «Ла Катедраль», которую для себя наркобарон и построил. Среди удобств «исправительного учреждения» – бассейн, джакузи, сауна и, естественно, футбольное поле, на котором Пабло сыграл с Диего Марадоной. Посредник вышел на аргентинскую звезду и попросил о товарищеском матче, сообщив, что его устраивает «очень важный человек в Колумбии».

Диего Марадона

«Меня отвели в тюрьму в окружении тысячи охранников. Я сказал: какого черта здесь происходит? Я что арестован?! Это место больше походило на роскошный отель. Мне сказали: Диего, это Эль Патрон. Я не читал газет и не смотрел телевизор, поэтому понятия не имел, кто это! Мы встретились в кабинете, и он сказал, что любит мою игру, и что он олицетворяет себя со мной, потому что я, как и он, одержал верх над бедностью.

Мы сыграли матч, и все были довольны собой. Позже в тот же вечер у нас состоялась вечеринка с лучшими девушками, каких я только видел в жизни. И все это в тюрьме! Я не мог в это поверить. На следующее утро он заплатил мне и попрощался», – рассказывал Марадона о необычном знакомстве с Эскобаром.

В «Ла Катедрале» побывали почти все игроки сборной Колумбии, включая Игиту, который до сих пор называет Эскобара другом. Столь близкие отношения с наркобароном стоили ему места в сборной на ЧМ-1994 – футболиста посадили в тюрьму. Как потом говорил Рене – именно за дружбу с Пабло.

Рене Игита

Эскобар даже из тюрьмы продолжал управлять наркобизнесом, и терпение правительства лопнуло – его собирались перевести уже в настоящую тюрьму, но Эскобар сбежал. В таком положении футбол оставался одной из немногих его радостей. «Я слышал, как к нам приближаются войска, и мне было страшно. Пабло поворачивается ко мне и говорит: «Попай! Я думаю, они нас поймали». Я поднимаю свой M16, а он говорит: «Колумбия забила гол!» Футбол был его радостью, его спасением, его седьмым небом счастья», – рассказал верный сподручный Эскобара.

Правда, высшую точку развития колумбийского футбола – выход сборной на ЧМ-94 в США – Пабло не увидел. 2 декабря 1993 года он погиб в результате спецоперации. До сих пор неясно, кто сделал контрольный выстрел: стражи правопорядка или сам Эскобар, чтобы его не взяли живым.

Факт в том, что на Пабло в последние мгновения его жизни были футбольные бутсы.